Анализ мобилизации 2025–2026

Контекст экзистенциального и демографического кризиса

По состоянию на 2025 год и на протяжении 2026 года государство столкнулось с беспрецедентным по масштабу вызовом, затрагивающим основы его демографической, социальной и правовой устойчивости. На фоне затяжного вооруженного конфликта высокой интенсивности, истощившего кадровые резервы регулярной армии и первых волн добровольцев, система комплектования вооруженных сил вошла в фазу глубокого системного кризиса. Этот кризис характеризуется не только нехваткой личного состава на линии боевого соприкосновения, но и фундаментальным разрывом между потребностями государства в человеческом ресурсе и готовностью общества этот ресурс предоставлять.

В попытках компенсировать нехватку военнослужащих территориальные центры комплектования и социальной поддержки (ТЦК и СП) перешли к практике агрессивного уличного рекрутинга, что привело к росту числа инцидентов, заканчивающихся тяжелыми травмами или летальным исходом для мобилизованных гражданских лиц.

Для понимания масштаба проблемы необходимо рассматривать мобилизационное насилие в более широком макроэкономическом и гуманитарном контексте. По данным Мониторинговой миссии ООН по правам человека в Украине (ММПЧУ), 2025 год стал самым смертоносным для гражданского населения с момента полномасштабной эскалации конфликта в 2022 году. Усиление интенсивности боевых действий, массированное применение дальнобойного оружия и скоординированные удары по энергетической инфраструктуре привели к тому, что только в 2025 году подтвержденные потери среди гражданского населения составили 2 526 погибших и 12 162 раненых — на 31% больше, чем годом ранее.

В частности, в октябре 2025 года уровень потерь оставался критически высоким: погибли как минимум 148 мирных жителей. Пока международное сообщество и правозащитные организации традиционно фокусируют внимание на жертвах внешних атак и военных преступлениях в отношении военнопленных — включая гибель по меньшей мере 169 украинских военнослужащих в российском плену и вынесение более 120 незаконных приговоров с длительными сроками заключения, — внутреннее структурное насилие со стороны государственных органов рекрутинга долгое время оставалось в слепой зоне официального мониторинга. В то же время, как констатируют в ММПЧУ, в стране наблюдается последовательное ухудшение ситуации с защитой прав гражданского населения по всем направлениям.

Настоящий отчет анализирует задокументированные случаи гибели украинских граждан в результате взаимодействия с ТЦК за период 2025–2026 годов. В условиях, когда официальные органы власти, ведомственные пресс-службы и правоохранительные структуры склонны сглаживать эти факты, квалифицируя их как несчастные случаи или последствия внезапного обострения хронических заболеваний, опорой для исследования служат:

  • данные независимых средств массовой информации;
  • расследования правозащитников;
  • материалы адвокатских запросов;
  • цифровые следы в социальных сетях.

Исследование вскрывает противоречия между государственными антикризисными нарративами и зафиксированной реальностью, рассматривает механизмы сокрытия улик и анализирует вторичные социальные последствия деградации правовых механизмов комплектования.

Макроконтекст кадрового дефицита и правовая трансформация системы

Катализатором всплеска насилия на улицах украинских городов в 2025–2026 годах стала суровая математика войны на истощение. Согласно аналитическим данным Центра стратегических и международных исследований (CSIS), конфликт перешел в фазу беспрецедентных потерь. С начала полномасштабного вторжения в 2022 году российские силы понесли потери, оцениваемые почти в 1,2 миллиона человек (убитыми и ранеными), что стало абсолютным рекордом для любой крупной державы со времен Второй мировой войны. При сохранении текущих темпов боевых действий совокупные потери обеих сторон могли достигнуть 2 миллионов человек к весне 2026 года.

Логика войны на истощение требует непрерывного притока свежих сил для удержания фронта, который в 2025 году характеризовался медленным, но неуклонным продвижением российских войск (от 15 до 70 метров в сутки в ходе наиболее интенсивных наступлений). На фоне постоянных сообщений о гибели военнослужащих, таких как зафиксированные в октябре 2025 года потери опытных бойцов (Борис Драч, Федор Матяш, Николай Яцишинец, Евгений Кульбикаев, Анатолий Трушин), подразделения Вооруженных сил Украины столкнулись с критическим недоукомплектованием.

Этот кадровый дефицит усугубляется эпидемией самовольного оставления частей (СОЧ) и дезертирства. Статистика, обнародованная в начале 2025 года, свидетельствует о глубоком кризисе внутренней дисциплины и морального духа: только за первые месяцы года было открыто более 110 000 новых расследований по фактам СОЧ — свыше половины от всех подобных производств (превышающих 200 000) с начала полномасштабного вторжения. Общее количество уголовных дел о дезертирстве перешагнуло отметку в 50 000.

Индикаторы демографического и кадрового кризиса (по состоянию на 2025 год) Количественная оценка / статус
Оценка совокупных потерь РФ (CSIS) Около 1,2 млн человек
Прогноз совокупных потерь обеих сторон к весне 2026 г. До 2 млн человек
Дела о самовольном оставлении части (СОЧ) с начала вторжения Свыше 200 000 (из них более 110 000 только в начале 2025 г.)
Уголовные дела по факту дезертирства Свыше 50 000
Количество мужчин, незаконно покинувших страну (оценка на 2024 г.) Не менее 45 000
Потенциальный мобилизационный резерв вне рядов ВСУ Около 4,35 млн мужчин

В ответ на эту экзистенциальную угрозу государство инициировало радикальное ужесточение мобилизационного законодательства. Закон о мобилизации, принятый в апреле 2024 года и вступивший в полную силу по истечении 60-дневного переходного периода 16 июля 2024 года, полностью переформатировал правила взаимодействия гражданина и государства. Минимальный возраст призыва по мобилизации был снижен с 27 до 25 лет (с возможностью привлечения граждан 18–24 лет в ряде специальных случаев), а статус «ограниченно годен» был полностью упразднен, в результате чего сотни тысяч людей с хроническими заболеваниями обязали проходить повторные военно-врачебные комиссии (ВЛК). Хотя Министерство обороны отчиталось о том, что около 4 миллионов граждан обновили учетные данные (преимущественно через государственное приложение «Резерв+»), в стране оставалось приблизительно 4,35 миллиона мужчин мобилизационного возраста, не состоящих в рядах армии.

Законодатель предусмотрел жесткие санкции за уклонение: кратно увеличенные штрафы, ограничение права управления транспортными средствами, отказ в консульских услугах за рубежом и — что наиболее существенно — легализацию направления повесток по почте. Повестка стала считаться юридически врученной даже без личной подписи адресата. Граждане, проигнорировавшие эти требования, автоматически объявлялись в розыск, что дало сотрудникам полиции и ТЦК формальные основания задерживать практически любого мужчину призывного возраста на улице.

Однако критики закона, включая главу парламентского комитета по вопросам национальной безопасности Романа Костенко, неоднократно указывали на его фундаментальный изъян: закон сосредоточен на механизмах принуждения, но оставляет нерешенными вопросы демобилизации и ротации подразделений с передовой. В общественном восприятии это превратило военную службу в «билет в один конец» и стало одним из главных факторов уклонения и сопротивления.

Феномен бусификации и трансформация рекрутинговых практик

Разрыв между жесткими планами Министерства обороны и низкой готовностью части граждан мобилизоваться привел к радикализации методов рекрутинга. ТЦК отошли от рассылки повесток по адресам регистрации, поскольку многие военнообязанные перестали проживать по месту прописки, и перешли к так называемой «дикой мобилизации». Этот процесс характеризуется уличными облавами, перекрытием дорог, установкой мобильных блокпостов и силовым задержанием мужчин в общественных местах, откуда их сажают в микроавтобусы (что и получило название бусификации) для немедленной доставки в пункты сбора.

В 2025 году эти практики стали особенно демонстративными. Сотрудники ТЦК начали системно устраивать рейды в местах досуга и массового скопления людей, стремясь разрушить иллюзию «нормальной жизни» в тылу. Знаковым эпизодом стал рейд 11 октября 2025 года в Киеве, когда после концерта рок-группы «Океан Эльзы» у Дворца спорта сотрудники ТЦК при поддержке полиции устроили массовую проверку документов. Видеокадры, на которых военные волокут по асфальту упирающегося и кричащего мужчину в гражданской одежде под скандирование толпы «Позор!», получили широкий резонанс в украинских и мировых медиа. Подобные облавы фиксировались на курортах и даже во время свадебных торжеств в центре Львова.

Эта динамика обнажила глубокий социальный раскол. Как охарактеризовал ситуацию народный депутат Алексей Гончаренко, в украинском обществе образовалась «взрывоопасная смесь».

С одной стороны — рекрутеры, многие из которых являются ветеранами боевых действий, получившими ранения, переведенными с передовой и похоронившими своих побратимов. Их психологическое состояние нередко отягощено посттравматическим стрессовым расстройством (ПТСР) и острым чувством несправедливости по отношению к тем, кто остался в тылу.

С другой стороны — гражданские лица, расценивающие методы ТЦК как незаконные похищения и указывающие на то, что сотрудники военкоматов забирают людей без разбора, фактически отправляя неподготовленных и больных граждан на гибель.

Столкновение окопной реальности и тыловой жизни стало питательной средой для бесконтрольного насилия. Ветеран войны и юрист Олег Симороз отметил, что подобные агрессивные подходы нанесли тяжелый удар по мобилизационной кампании и дискредитировали саму идею военной службы.

Типология и анализ случаев летальных исходов

Детальный анализ задокументированных инцидентов со смертельным исходом позволяет разделить их на три основные категории. Каждая из них иллюстрирует специфический сбой государственной системы защиты прав человека и характерные механизмы институционального сокрытия.

Типология летальных исходов Характеристика проблемы Примеры задокументированных случаев Официальная позиция государства
Категория I: прямое физическое насилие Применение несоразмерной физической силы при задержании на улице или избиение непосредственно в помещениях ТЦК, приводящее к травмам, несовместимым с жизнью. Дело Романа Сопина (Киев, октябрь 2025); убийство в Сумском ТЦК (апрель 2025); смерть при задержании в Одессе (апрель 2025). Отрицание насилия, ссылки на случайные падения, обмороки или внезапную остановку сердца.
Категория II: медицинская халатность ВЛК Формальное прохождение медкомиссии, игнорирование критических анамнезов, незаконное принуждение к прохождению ВЛК лиц в состоянии острого стресса. Инцидент в Черновцах (февраль 2025); прецедент Сергея К. (Звягель, 2024); дело в Закарпатье (июль 2025). Перекладывание вины на самих умерших (скрытые болезни, тромбоэмболия, злоупотребление алкоголем).
Категория III: институциональная деградация учебных центров Гибель мобилизованных в центрах подготовки вследствие незаконного удержания, антисанитарии, чрезмерных нагрузок и неоказания медицинской помощи. Дело Алексея Чорного (конец 2025 — начало 2026, Виноградов / Закарпатье). Квалификация смерти как естественной причины или несчастного случая без оценки незаконности самого призыва.

Категория I: прямое насилие и механизм круговой поруки

Наиболее тяжелыми проявлениями структурного насилия являются случаи прямого физического воздействия на граждан, когда травмы носят явно криминальный характер. Знаковым делом 2025 года стала гибель 43-летнего киевлянина Романа Сопина.

Хронология этого инцидента наглядно демонстрирует механизм взаимодействия ТЦК и правоохранительной системы, при котором защита ведомственной репутации берет верх над принципом неотвратимости наказания. 18 октября 2025 года Сопин подвергся силовой бусификации на одной из улиц Подольского района Киева. Оказавшись в ТЦК, он успел позвонить матери и попросил передать ему сменную одежду, наличные деньги и контактные линзы, что свидетельствовало о ясном сознании и адекватном состоянии. Однако уже на следующий день, 19 октября, его экстренно доставили из здания ТЦК в больницу в состоянии комы с тяжелейшими травмами головы. 23 октября 2025 года Роман Сопин скончался в реанимации.

Реакция районной военной администрации и Национальной полиции развивалась по типовому сценарию кризисной коммуникации. Военные чиновники оперативно распространили заявление о том, что Сопин якобы внезапно потерял сознание и ударился головой о твердый пол Подольского ТЦК. Для придания веса этой версии утверждалось о наличии около десятка свидетелей «случайного падения», а сотрудники полиции сразу начали продвигать гипотезу о внезапном приступе эпилепсии.

Эту версию опровергли родственники погибшего и данные судебно-медицинского исследования. Адвокат семьи Александр Протас представил врачебное свидетельство о смерти, где причиной гибели значились тупая травма головы, массивное кровоизлияние в мозг, множественные переломы костей черепа и закрытая черепно-мозговая травма. Защита обоснованно указала, что падение с высоты собственного роста крайне редко приводит к разрушениям подобной силы: по словам Протаса, характер повреждений указывал на «мощный, профессиональный удар», нанесенный человеком с навыками рукопашного боя.

Семья погибшего категорически отвергла утверждения о каких-либо обмороках или эпилепсии у Романа в прошлом. Мать погибшего, Лариса Сопина, публично охарактеризовала действия полиции как «абсолютно цинично равнодушные», подчеркнув, что никто из должностных лиц даже не вышел на связь с семьей, а усилия следствия были сосредоточены на выгораживании виновных. Несмотря на официальные опровержения киевской полиции и военных структур, смерть Романа Сопина вызвала волну общенационального возмущения.

Если в Киеве силовики пытались выдать смерть за несчастный случай, то в ряде регионов скрыть насилие оказалось невозможно. В конце апреля 2025 года в Сумской области разгорелся скандал, когда непосредственно на территории местного ТЦК военнослужащий до смерти избил мобилизованного мужчину. Тяжесть улик вынудила следствие заключить военного под стражу, однако квалификация содеянного как «убийства по неосторожности» вызвала острую критику правозащитников, поскольку она существенно смягчает ответственность за умышленное нанесение тяжких телесных повреждений гражданскому лицу на режимном объекте.

Еще один резонансный эпизод произошел 4 апреля 2025 года в Одессе. Принудительное оповещение переросло в жесткое задержание мужчины посреди оживленной городской улицы. В ходе силового захвата сотрудниками ТЦК мужчина потерял сознание и скончался до приезда скорой помощи. Записи с камер наблюдения и смартфонов очевидцев зафиксировали показательную деталь: пока умирающий лежал на асфальте, реанимировать его пытались случайные прохожие, тогда как участники задержания отстранились от происходящего и не оказывали первой помощи. Общественная организация «Антикоррупционный фронт» и правозащитники расценили случившееся как прямое следствие бесконтрольного применения силы без малейшего учета состояния здоровья человека.

Категория II: карательная медицина и дисфункция военно-врачебных комиссий

Второй устойчивый паттерн летальных исходов связан с работой военно-врачебных комиссий. После отмены статуса «ограниченно годен» ВЛК превратились в конвейер по формальной легализации отправки в войска людей с тяжелыми хроническими патологиями. Врачи комиссий под жестким административным давлением ТЦК систематически игнорируют медицинские карты, выписки профильных клиник и жалобы доставленных граждан.

Показательным примером стал инцидент в Черновцах 7 февраля 2025 года. В тот день совместный патруль ТЦК и Национальной полиции задержал на улице 32-летнего мужчину, якобы числившегося в розыске за нарушение правил учета, и доставил его в областной сборный пункт для немедленного прохождения ВЛК. Согласно официальному сообщению Буковинского ТЦК, во время предварительной беседы мужчина находился в стабильном состоянии и жалоб не высказывал, однако прямо во время прохождения медкомиссии ему резко стало плохо, он потерял сознание и, несмотря на реанимационные мероприятия бригады скорой помощи, скончался.

Примечательна правовая квалификация этого случая: полиция Черновицкой области внесла сведения в Единый реестр досудебных расследований (ЕРДР) по ст. 115 УК Украины («умышленное убийство»), сопроводив производство стандартной отметкой «естественная смерть». Такой процессуальный прием позволяет формально соблюсти порядок регистрации смерти вне медучреждения, но фактически предрешает закрытие дела за отсутствием состава преступления, выводя из-под ответственности врачей ВЛК и сотрудников ТЦК.

Практика списывания гибели мобилизованных на их собственные недуги сформировалась еще в 2024 году — показательным прецедентом стала смерть Сергея К. в Звягельском районном ТЦК Житомирской области. Мужчину доставили в военкомат 28 мая 2024 года для прохождения ВЛК; наутро у него случился тяжелый приступ, а 2 июня он умер в больнице, не приходя в сознание. Житомирский областной ТЦК немедленно выдвинул версию, ставшую впоследствии шаблонной: мужчина якобы несколько дней до задержания злоупотреблял алкоголем, что спровоцировало эпилептический приступ, а зафиксированные на теле повреждения следствие поспешило объяснить «самотравмированием» во время судорог. Спустя более года полиция попыталась воспроизвести тот же сценарий в деле Романа Сопина в Киеве.

Международное измерение проблема насилия в ТЦК приобрела в июле 2025 года после гибели жителя Закарпатской области, имевшего венгерское происхождение. Смерть мобилизованного вызвала дипломатический кризис: МИД Венгрии вызвал посла Украины для объяснений в связи с сообщениями об избиении задержанного сотрудниками ТЦК. Командование Сухопутных войск ВСУ в заявлении от 10 июля 2025 года отвергло обвинения в пытках и принудительной мобилизации, сославшись на заключение судмедэкспертизы о тромбоэмболии легочной артерии. Тем не менее выход скандала на уровень дипломатических демаршей со стороны государства — члена Европейского союза показал, что внутренние практики мобилизации начали наносить прямой ущерб внешнеполитическим позициям Украины.

Категория III: институциональная деградация учебных центров

Даже если незаконно задержанный гражданин переживает пребывание в ТЦК и конвейерную ВЛК, его жизнь оказывается под угрозой на следующем этапе — в учебных центрах. Как отмечалось в профильных обзорах западных аналитиков (в частности, в страновой справке правительства Великобритании), система базовой подготовки новобранцев в Украине опирается на ограниченное число крупных учебных центров, страдающих от хронической переполненности, сжатых сроков подготовки и тяжелых бытовых условий. Направление в такую среду людей с проигнорированными медицинскими противопоказаниями регулярно приводит к трагедиям.

Квинтэссенцией системного сбоя на всех этапах — от незаконного захвата до смерти в учебном центре — стало дело Алексея Чорного в конце 2025 — начале 2026 года. Будучи студентом дневной формы обучения, Чорный имел действующую законную отсрочку от призыва. Несмотря на это, сотрудники Береговского районного ТЦК (в городе Виноградов Закарпатской области) проигнорировали его документы, принудительно мобилизовали его, провели через формальную ВЛК и отправили в учебный центр.

Судебная защита оказалась слишком медленной, чтобы спасти ему жизнь. 24 декабря 2025 года суд признал мобилизацию Алексея Чорного полностью незаконной, установив, что отсрочка никогда не отменялась, а представители ТЦК не смогли представить ни одного правового основания своих действий. Суд отменил приказы о призыве и зачислении в воинскую часть — однако решение оказалось посмертным: к тому моменту Алексей Чорный уже скончался в учебном центре.

Правозащитники указывают, что непосредственной причиной трагедии стало неоказание своевременной медицинской помощи в условиях незаконного удержания. Руководитель правозащитной организации Лариса Криворучко направила заявления о преступлении в ГБР, СБУ и Национальную полицию, добиваясь уголовного преследования должностных лиц ТЦК, чьи подписи под незаконными приказами привели к гибели человека.

Вторичные последствия: теневая экономика уклонения и ответное насилие

Страх перед физическим принуждением в ТЦК породил масштабную криминализацию путей выезда из страны. Спасаясь от силовой мобилизации, тысячи мужчин обращаются к услугам транснациональных сетей переправки через границу: в 2024–2025 годах стоимость нелегального перехода границы с Румынией и другими соседними странами достигала $15 000 с человека.

Эта теневая индустрия порождает собственные жертвы. Чтобы обойти многоуровневую охрану границы — дроны с тепловизорами, фотоловушки и заграждения с колючей проволокой, — проводники ведут людей смертельно опасными маршрутами. Десятки мужчин утонули в ледяных водах Тисы или сорвались со скал в Карпатах. Организаторы схем все чаще привлекают в качестве проводников местных несовершеннолетних подростков, не подлежащих уголовной ответственности за незаконную переправку лиц через границу. Задержанных же при попытке перехода границы, как правило, доставляют прямиком в ближайшие ТЦК.

Еще одним тревожным симптомом институционального кризиса стал рост ответного насилия в отношении сотрудников ТЦК. Часть граждан начинает воспринимать группы оповещения не как представителей закона, а как прямую физическую угрозу. Показательным стал инцидент во Львове в декабре 2025 года: по данным Офиса Генерального прокурора, во время проверки документов смертельное ранение получил военнослужащий местного ТЦК, ветеран АТО; подозреваемый был задержан 4 декабря. Государственное структурное насилие запускает спираль уличного насилия, раскалывая травмированное войной общество изнутри.

Информационное противоборство и эксплуатация кризиса

Случаи насилия и смертей в ТЦК напрямую бьют и по информационной безопасности страны. Видеозаписи уличных захватов мгновенно расходятся в Telegram и других соцсетях, деморализуя общество. Как отмечают аналитики украинского Центра противодействия дезинформации, российские государственные медиа, спецслужбы и пропагандистские ресурсы системно используют реальные кадры конфликтов с ТЦК в информационно-психологических операциях (ИПСО), продвигая тезис о войне «до последнего украинца». Парадокс состоит в том, что для подрыва доверия к украинским институтам пропаганде противника зачастую не требуется фабриковать фейки — достаточно тиражировать подлинные кадры силовых облав.

Справедливости ради следует отметить, что репрессивные практики призыва и сокрытие небоевых потерь присущи и государству-агрессору. В Российской Федерации, развернувшей весной 2025 года крупнейший за долгие годы срочный призыв (160 000 человек в возрасте 18–30 лет) на фоне расширения штатной численности армии, также регулярно фиксируются облавы на призывников и гибель срочников до отправки на фронт или в приграничных регионах (как в случае 22-летнего призывника Амана Малышева из Якутии, погибшего в Брянской области). Однако для Украины, декларирующей приверженность европейским правовым стандартам и ценности человеческой жизни, копирование репрессивных практик противника оборачивается не только репутационными издержками, но и тяжелым поражением в войне смыслов.

Заключение

Совокупность эмпирических данных за 2025–2026 годы — материалов журналистских расследований, правозащитных докладов и судебных решений — приводит к однозначному выводу: гибель гражданских лиц в ходе принудительной мобилизации, будь то следствие избиений в ТЦК, медицинской халатности ВЛК или неоказания помощи в перегруженных учебных центрах, больше не может списываться на «перегибы на местах» или единичные трагические случайности. Эти смерти образуют устойчивый паттерн институциональной деградации и отражают системный кризис действующей модели мобилизации.

Гибель Романа Сопина в Киеве, незаконно мобилизованного студента Алексея Чорного в Закарпатье, а также жертвы насилия и халатности в Сумах, Черновцах и Одессе обнажили пропасть между конституционными гарантиями и правоприменительной практикой. Жесткие мобилизационные квоты в сочетании с неформальным иммунитетом превратили ТЦК из учетных органов в репрессивные структуры, а конвейерные решения ВЛК и шаблонная полицейская практика списания травм на «внезапные приступы» и «самотравмирование» закрепляют ведомственную круговую поруку.

Продолжение практики бесконтрольной бусификации в условиях попрания презумпции невиновности и базовых прав человека подрывает национальную безопасность страны изнутри. Лавинообразный рост дел о СОЧ и дезертирстве, криминальная индустрия нелегального перехода границы, дипломатические осложнения с соседними странами ЕС и вспышки уличного насилия против сотрудников ТЦК — прямые следствия этой политики. Без неотложной реформы рекрутинга, восстановления реальной независимости ВЛК и неотвратимого уголовного наказания должностных лиц ТЦК и полиции, причастных к насилию и гибели задержанных, число жертв принудительной мобилизации продолжит расти, углубляя общественный раскол и истощая человеческий потенциал страны.

Источники

  1. Russia’s Grinding War in Ukraine — CSIS https://www.csis.org/analysis/russias-grinding-war-ukraine
  2. Ukrainian conscription crisis — Wikipedia https://en.wikipedia.org/wiki/Ukrainian_conscription_crisis
  3. 2025 deadliest year for civilians in Ukraine since 2022, UN human rights monitors find https://ukraine.ohchr.org/en/2025-deadliest-year-for-civilians-in-Ukraine-since-2022-UN-human-rights-monitors-find
  4. 2025 deadliest year for civilians in Ukraine since 2022, UN human rights monitors find https://ukraine.un.org/en/308241-2025-deadliest-year-civilians-ukraine-2022-un-human-rights-monitors-find
  5. Four years since the full-scale invasion of Ukraine: Key facts and findings, February 2026 https://reliefweb.int/report/ukraine/four-years-full-scale-invasion-ukraine-key-facts-and-findings-february-2026
  6. Protection of Civilians in Armed Conflict — October 2025 | UN Human Rights Monitoring Mission in Ukraine https://ukraine.ohchr.org/en/Protection-of-Civilians-in-Armed-Conflict-October-2025
  7. World Report 2025: Ukraine — Human Rights Watch https://www.hrw.org/world-report/2025/country-chapters/ukraine
  8. Civilian Harm and Rights Violations Intensify in Ukraine Four Years After Invasion, UN Human Rights Monitors Say https://ukraine.un.org/en/310297-civilian-harm-and-rights-violations-intensify-ukraine-four-years-after-invasion-un-human
  9. Потери силовых структур вследствие российского вторжения в Украину (октябрь 2025) https://uk.wikipedia.org/wiki/Втрати_силових_структур_внаслідок_російського_вторгнення_в_Україну_(жовтень_2025)
  10. A Violent Death Casts a Stark Spotlight on Ukraine’s Military Recruitment https://www.rferl.org/a/kyiv-conscription-death-sopin-questions-military-recruitment/33577229.html
  11. Country policy and information note: military service, Ukraine, September 2025 https://www.gov.uk/government/publications/ukraine-country-policy-and-information-notes/country-policy-and-information-note-military-service-ukraine-june-2022-accessible
  12. Потери и инциденты в Черновицком ТЦК — Korrespondent.net https://ua.korrespondent.net/ukraine/4754109-u-chernivtsiakh-cholovik-pomer-v-ttsk
  13. Убийство в Сумском ТЦК: идет суд — Суспильне Сумы https://suspilne.media/sumy/1006267-a-skoduu-pro-ce-obvinuvacenogo-u-vbivstvi-cerez-neobereznist-v-sumskomu-tck-vzali-pid-vartu/
  14. Смерть при задержании сотрудниками ТЦК в Одессе — Антикоррупционный фронт https://www.anticor.foundation/novyny/16909/
  15. В Черновицком ТЦК рассказали детали смерти молодого мужчины — Черновицкий проминь https://promin.cv.ua/2025/02/07/u-chernivetskomu-ttsk-rozpovily-detali-smerti-molodoho-cholovika-na-zdorovia-skarh-ne-bulo.html
  16. В Житомирской области мужчина умер после ТЦК — Новинарня https://novynarnia.com/2024/06/05/u-zhytomyrskomu-tczk/
  17. В Житомирской области мужчина умер после посещения ТЦК: детали — ПравдаТУТ NEWS https://pravdatutnews.com/society/2024/06/05/42686-na-zhytomyrshchyni-cholovik-pomer-pislya-vidvidyn-tck-detali
  18. Посла Украины вызвали в МИД Венгрии из-за смерти жителя Закарпатья — Суспильне https://suspilne.media/1063431-posla-ukraini-viklikali-v-mzs-ugorsini-cerez-smert-meskanca-zakarpatta-akogo-nibito-pobili-pracivniki-tck/
  19. Смерть мобилизованного студента: действия ТЦК в Закарпатье признали незаконными https://www.ukr.net/news/details/criminal/116145854.html
  20. ОГП: во Львове погиб военный ТЦК, ветеран АТО. Подозреваемого в нападении задержали — Радио Свобода https://www.radiosvoboda.org/a/news-tck-napad-lviv/33612715.html
  21. Russia’s largest military call-up whips up fear among young men https://www.aljazeera.com/news/2025/4/16/russias-largest-military-call-up-whips-up-fear-among-young-men
  22. In Russia’s Sakha, a Fallen Conscript’s Family Searches for Justice on the State’s Terms https://www.themoscowtimes.com/2025/05/23/in-russias-sakha-a-fallen-conscripts-family-searches-for-justice-on-the-states-terms-a89195